(no subject)


Чудо о даче. Записи сердца, вольный размер. Карандаш, бумага, осень. Задача – описать этот день своим неверным неровным почерком(словно ты по-прежнему боишься, что кто-то заглянет через плечо!), шатающимся, тающим как дым свечи - сплести из дыма аркан – надо ж стреножить сегодняшний дикий день, чтобы не умчался он как и все они. «Жизнь состоит из дней. Этот кончился.»

Ощущение школьности, каникул от школы жизни – вот заглавие этого дня, дня о прогулках по придуманным местам – проходя придуманные врата – как переходя из сна в сон – и неоспоримая, как последовательность снов, дорога мимо ручьев с мутной летейской водой, мимо сладостных елей с сахаристой смолой – «любо идти по дороге веселым»! Мимо товарняков с галькой, тяжело несущихся, как живые холмы, мимо мифов, творимых походя. И, по требованиям жанра путешествий, жанра жизни вообще -  остановка под звездами, под пронзительным серебром созвездий, острыми рыболовными крючками, наконечниками алебард и аркебуз целящимися в сердце. Почему каждый такой день, каждое чудо для меня – как прощание? Словно баррель за баррелем истекают запасы чудес. Почему каждое утро – похмелье в сердце, тяжесть неоплатного долга? Словно не смог расплатиться за вчерашний день.

«рукописность души». Душа нарисована тонкими острыми как платиновые нити осенней паутины линиями на ржавых листьях. Придуманные прогулки по нарисованным ручкой местам. Ощущение ненастоящести – оттого, что, кажется, душа моя дорисована мной самим, по законам геометрии продолжена из дальнего далёка, из «настоящего» прошлого. А на самом деле «уж сотни лет промчались с того дня, как ангелы покинули меня». Так набеленный актер театра Но кажется вдохновенным со сцены, но со смытыми белилами он жалок, одинок и ненужен. Так и моя душа Ка, изо всех сил вцепившись коготками в скалу прошлого, кажется(мне самому) вдохновенной, восхищенной («гарпией»? – по Флоренскому), но боится лететь. Вот как-то так. И еще так: «помоги мне, Господи, северным ветром, сорок седьмым километром, хитросплетением веток  кислым брусничным летом». И так далее -  до самых дальних далей.

(no subject)

    «заболеть бы как следует, в жгучем бреду повстречаться со всеми опять». Впервые за столько-то лет скудного труженичества выменял на мелкую монету простой простуды хрустящую банкноту полнокровного больничного - номиналом во много-много длинных дней дома. Лечусь красным вином, чтением, кальяном, слушанием БГ и стихов Хлебникова в исп.гр. Аукцыон, посещением утренних лекций на философском. Ну и времяпрепровождением дома, где «можно часами ходить от стола к шкапу и от шкапа к столу и не находить выхода». И ключевое здесь – часами. О, сколько часов! Ежедневное богатство. Часами читать, наблюдать в окно, как ветер гарцует на верхушках деревьев, перебирать, перечитывать книги, дневники, подкрепляясь неоспоримостью пройденного. Тихонько пить вечернее вино – и табуны в тысячу небылиц носятся в голове, ах алкоголь - суррогат надежды! И если думать о работе, то только так, по саша-соколовски: «Анкета поздней осени. Профессия – прохожий. Место работы – улица. Стаж – вечность» …

(no subject)

Шел Троицын, прослезился. Он очень любил Петербург. Для него некогда
город был Сирином Райской Птицей, звал его город своими огнями.
Раньше Троицын чувствовал Петербург сказочным городом, русским городом.
Чем же Успенский собор в Москве не русский, хотя строил его иностранец? Или
св. Софии в Киеве? В Петербурге русские Манон Леско, Дамы с камелиями
выходили любоваться на Неву, на плывущие жемчуга.

Collapse )

тот беспроволочный удар, которому имя - даль

   вот ведь бывает, не далее как недавно жаловался А. на исчезновение «симптомов вдохновения» - неких физических, тактильных ощущений, сопровождающих сильные чувства – ну или попросту жаловался на исчезновение сильных чувств. И вот сегодня – без предупреждений, без сигнальных свистков – огромное чувство надежды - величавое и неотменимое, как погодное явление, загорелось внутри и вокруг - надежды не на что-то конкретное, а так, in general, типа «время пройдет, и что-то большое, как осень, однажды (не завтра, быть может, так позже когда-нибудь) зажжется над жизнью, как зарево…».

   примерно так это было: я лежал, глядя в окно на огромные худые фигуры деревьев, одетых дождем в черные блестящие трико – и вдруг почувствовал такое холодное ментоловое покалывание в груди (или – звук детской шарманки, знаете такая с пластмассовыми пластинками – тинь-тинь-тинь)- надежда, как это у нее принято, забрезжила (или – задребезжала, как люстра в старой квартире от проходящего трамвая – почему-то этот звук всегда был исполнен грусти и надежды, тянущейся вдаль, продолжающейся жизни) – но если забрезжила, то примерно так сквозь толстые пыльные стекла близоруко щурится рассвет – а ты пьешь холодный сентябрьский воздух, и якобы впереди – не скудное труженичество дней, а только снежная даль от сердца до горизонта и скорый снег, идущий без остановок. 

   вот ведь.
  • Current Music
    привычный вечерний прибой алкоголя в крови

(no subject)

собственно вот уже 2 недели как вернулись с Ладоги (Кузнечное-Сортавала, 120 км по воде примерно). Впопыхах вспоминается только то, что Ладога в шторм - цвета черники, а черники на островах очень много, а острова красивы неземной красотой (а на одном из них сидит унылый мужик с усами и говорит, что этот остров купили Чиновники и скоро всех туристов выгонят...)

"искры - это души сгоревших мотыльков"


Collapse )

(no subject)

В институте меня научили, что ньютоновская механика в области релятивистских скоростей (близких к скоростям света) не работает, вводятся другие формулы. Жизнь меня учит(«жизнь, университеты», как писал М.Горький), что все умопостроения рассудка – типа желающего-как-лучше, в области отношений, близких к предельным напряжениям сердец-душ-прочих внутренностей, рушатся на хрен, релятивистская физика души, блин, и черти-что-происходит, и в хоботовых надсадно кричит их вакуум, и чтобы его затушить, с болезненным хрустом открываются бутылки алкоголя, что по эффективности не лучше тушения бензином костра, и так далее, и тому-подобное.
  • Current Music
    хруст открывающихся бутылок((((

(no subject)

   Вчера почти случайно попал на квартирник Сергея Калугина(kalugin), песни которого слушал в период остроромантического отрочества – лет 10 назад. Оказалось, острота песен с тех пор не сошла на нет, уровень «сопряжения слов» очень порадовал, а некоторые вещи срифмовались с моим состоянием – вот, например, «в этом мире мне нечего больше терять, кроме мертвого чувства предельной вины» - сия белооперенная фраза попала очень в точку. Причем, конечно, мне есть что терять, но когда слышишь такое( классич пример – «чую с гибельным восторгом – пропадаю, пррропадаю!!» ) – хочется внутри себя встать на цыпочки, дотянуться до этого бескомпромисса, этого рифмованного концентрата отчаяния с хрустящими «эррр» - и пропАсть.
   В общем, было здорово. Спасибо Сергею, спасибо организаторам. Даже захотелось, как и 10 лет назад, пойти учиться игре на гитаре. Кстати, почему бы и нет??)

(no subject)

   Очередной вечер был привычно черен, привычно долог. "Это пеплом любви так черны вечера и рабочих, и бледного книжника". Сумятица в сердце - ощущение, что в груди неловко расправляется скомканный лист бумаги. Зашел в какой-то третьесортный кабак (в кабаках зеленый штоф, белые салфетки!..), у входа запечатлел картину: субтильный, какой-то домашне-офисный молодой человек в костюме говорил в телефон: нет, мне не стыдно. Нет, мне не стыдно. Нет, не стыдно. – сначала тихо, а потом с каким-то возрастающим восторгом, потом уже просто радостно ревел, как река, прорвавшая наконец-то плотину – нет, мне не стыдно!!! – уверен, что с той стороны трубки давно уже никого не было, а он все бушевал в своей стихийной ярости.

(no subject)

"странно! на работе дни тянутся, а недели - летят" - как сказал мне ни с того ни с сего продавец видеокассет летом какого-то давнего года. Последнее время я как-то бездумно лечу вместе с ними, но вот наткнулся на словосочетание, вдруг приостановившее этот полет(надолго ли?): "безобразие благополучия"...до чего подходят слова друг другу (и мне)! Собственно, родом они из речи Саши Соколова, начинающейся с вопросов:

"Само ли прекрасное приискивает себе подмастерьев среди беспризорных и озорных духом и, очаровывая невечерним светом своей бесполезности, возводит их в мастера? Премного ль обязаны те умениями своими прекраснодушным наставникам из ремесленных душегубок? Иль все начинается и творится по воле прекрасной инакости — отрешенно и вопреки? Иными словами: на чем мы остановились? что умозаключили на наших тысячелетних досугах? что было и будет в начале: художник или искусство? И: наличествует ли наше прекрасное, если мы не имеем его в виду, отвернулись и очерствели. Или ударились в безобразное. Положим — в безобразие благополучия..."

какие певучие вопросы. так и хочется их напевать, не думая об ответах. так и хочется.

вот тут Сашу нашел(речи, лекции) http://www.lib.proza.com.ua/book/404

  • Current Mood
    слегка пьяное. слегка.

простотаковое

   По выходным я обычно, если не уезжаю из города, сажусь с утра на велосипед и еду на спорт.площадку. Подтягиваюсь, как пел Высоцкий, «до изнеможе-ни-я!», затем качусь на залив, нахожу там среди разнокалиберного хлама местечко и с крайним удовольствием употребляю баночку пива с сигареткой. (весьма спорный режим с точки зрения физкультуры, ну да ладно). И вот сегодня я, как и вчера, сделал все так же, приехал на залив, нашел местечко, сел, открыл банку, закурил, глядя на строящийся порт, - то грозно, то комично скрежещущий вдалеке, словно захолустный филиал ада, - а докурив и потянувшись затушить сигарету о цементную балку, вдруг обнаружил, что машинальное движение привело сигарету точно в черную точку пепла, оставленную мной же вчера…Тут бы и грянуть какому-нибудь местечковому сатори, но увы! Усмехнулся, да и поехал себе дальше, «подтверждая старый тезис, что сегодня тот же день, что был вчера-а-а!»
  • Current Music
    БГ - Иванов на остановке...